Николай Полисский

Внесезонный фестиваль современного искусства на свежем воздухе «Арт-Клязьма», который во второй раз состоялся на берегу Клязьминского водохранилища, подтвердил важную тенденцию последних лет — острое желание художников выйти за пределы музеев и галерей, даже очень престижных. Коммуницировать с публикой вне привычного комьюнити, невзирая на поломанные объекты и украденные видеоплейеры.

Мотивация появления фестиваля проста. В двадцати километрах от МКАД расположен пансионат, построенный, как гласит легенда, по личной воле Никиты Хрущева. Катаясь по водохранилищу, генеральный секретарь указал место. На сравнительно скромном участке земли были построены несколько блочных корпусов. Теперь новый хозяин намерен реанимировать пришедшее в полный упадок профсоюзное хозяйство. Существует проект нового туркомплекса, но место нуждается в раскрутке. Таким образом, желание владельца и настроения художников счастливо совпали.

Первый фестиваль состоялся в последние дни августа 2002 года и скромно назывался «Мелиорация». В этом году он приобрел более привычное для подобных акций, хотя и менее благозвучное название, -«Арт-Клязьма». Сроки проведения расширились на первую сентябрьскую неделю, комиссарами фестиваля остались Александр Виноградов и Владимир Дубосарский. Формат пришлось несколько изменить: если в прошлом году художники могли использовать боксы полуразобранного корпуса №4, то к этому лету его сравняли с землей. По мнению многих участников, отсутствие «архитектуры» обеднило «Арт-Клязьму», зато жанр лэнд-арта стал основным. Фестиваль целиком переместился под открытое небо и чуть было вовсе не сорвался из-за шторма, налетевшего за день до вернисажа. Впрочем, баржу, служившую для выступления музыкантов, оторвало в один из следующих дней, а из-за дождя пришлось отменить несколько перформансов.

Хватало проблем и чисто организационных. Скромный бюджет фестиваля — 50 тысяч у.е. — и его международный статус потребовали жесткого отбора участников. Поначалу оказалось, что сквозь кураторское сито прошло очень мало проектов. Тогда стали допускать не так строго, при условии, что авторы не потребуют для реализации своих идей заоблачных сумм. В итоге участников оказалось около двухсот против сотни в прошлом году. Еще одно ограничение — назову его «съедобностью» проектов для публики, вызвало один заметный протест, о котором ниже.

Безусловным зрительским лидером фестиваля стал лэнд-артовский проект художника Николая Полисского и куратора Александра Панова «Арт-базар, или Анти-Троекуров». Полисский давно и основательно осваивает художественные возможности калужской деревни Николо-Ленивец. Несколько лет назад отнюдь не ленивые местные жители помогали ему лепить сотни снеговиков и сооружать грандиозные поленницы. В мае этого года Полисский и крестьяне произвели санитарную очистку от ивовых прутьев территории национального парка «Угра» и пустили весь строительный материал на создание полевого стана с кухней, кибиткой Александра Македонского, гостиницей, трамваем и даже болидом «Формулы 1». Проект назван «анти-Троекуровым» по той причине, что, по мнению художника и куратора, крестьяне перестали воспринимать их идеи как сумасбродство, почувствовав толк в искусстве.

Увы, при перенесении ивового «Арт-базара» на клязьменские берега соленые грибочки-огурчики, блины (кстати, очень вкусные) и самогон по 20 рублей за 50 г стали больше походить на туристический аттракцион, как индейская резервация среди небоскребов. Вероятно, протест против аттракционное™ заставил группу Езсаре показать на пляже перформанс «Куда дует ветер». Загодя по всей территории пансионата были расклеены плакаты с портретами американских президентов с долларовых купюр всех достоинств, а вечером на пляже установили шесте неподвижным флюгером, после чего гости фестиваля стали свидетелями тривиального стриптиза. Естественно, большинство, ничего не подозревая о протестах «эскейповцев», восприняло шоу как обычное развлечение.

Кроме «Арт-базара», еще три проекта точно отразили лэнд-артовский брэнд фестиваля. «Хабиби» Айдан Салаховой представлял собой установленную на пустынной части пляжа войлочную юрту без малейших намеков на Бойса. Внутри теплого сооружения можно было присесть на мягкие ковры и посмотреть на потолке видео с танцем живота под знаменитую песню «Хабиби». Красивый проект оказался еще и неожиданно актуальным в связи с недавним запретом допускать в Египет на заработки иностранок, танцующих животом.

Юрий Шабельников подрядил профессиональных садоводов, и они высадили в клумбе серебристый тагетис в форме черепа. Получилась изящная постмодернистская игра на тему «мементо вита». Владимир Архипов, автор множества арт-объектов, которые имеют прикладное значение, повесил меж двух елок гамак, сделанный из пластиковой сетки. Объект сопровождала строгая просьба — «Больше одного не садиться». (Через пару дней я видел подобную сетку, используемую по другому назначению — в качестве милицейского ограждения на Триумфальной площади во время празднования Дня Москвы.) В октябре Архипов выпустил книгу и 2 СО о своих «русских вещах».

Будущее «Арт-Клязьмы» целиком зависит от успешности владельца пансионата и его проекта переустройства инфраструктуры. Глядя с питерской колокольни на качавшиеся на волнах Клязьминского водохранилища буксир «Титониум», белый стул с белой же лампой и колокольчиками, звеневшими на ветру, мне, например, вспоминался фестиваль «Плот искусств», который проводится деревней художников в Шувалово-Озерках. У них много общего — жанр «лэнд-арт», желание современных художников найти выход к широкой публике, даже патронат. В Москве это крупный частный бизнес, в Питере — расположение губернатора, которое так же, как экономическая ситуация, может измениться с приходом новой власти. Отличия тоже существенные. Деловая Москва настроилась на ежегодный режим (уже сейчас в «Арт-Клязьме» принимает участие большинство заметных игроков столичной арт-тусовки), а шуваловский «Плот» остается слетом местных фанатов лэнд-арта. За 9 лет он проводился всего три раза, даже на 300-летие Петербурга власти и художники сочли возможным обойтись без него, а будущее этой местной инициативы выглядит еще проблематичнее.